September 27th, 2019

Мамай

Александр Невский - пасынок внучки Чингисхана?

Святой благоверный князь Александр Ярославич, известный также как Невский, был не только побратимом Сартака, правнука Чингисхана (версия Л.Н. Гумилева), но и возможно пасынком внучки последнего.
Во всяком случае так можно предположить, если верить докладу А.А. Горского на прошедшей в сентябре Международной конференции «Комплексный подход в изучении Древней Руси». В нем он обосновывает гипотезу, что отец Невского великий князь Ярослав Всеволодович женился в Каракоруме на представительнице "золотого рода". Если так, то по счету поколений она была или внучкой (более вероятно), или правнучкой Чингисхана (как вариант - внучкой одного из братьев Чингисхана).
То что Ярослав Всеволодович по настоятельному предложению каана мог жениться на монголке - это в общем укладывается в рамки политики монгольских ханов того времени.
Но то, что это была чингизидская принцесса - это невозможно по тем представлениям, что имелись тогда у монгольской правящей элиты. Дело в том, что почти в то же самое время, т.е. в 1246 г., каан Гуюк аналогично поступил с послом царя Киликийской Армении Смбатом Спарапетом - он подарил ему монголку в жены. Но это не была, разумеется, чингизидская принцесса. Хотя Смбат Спарапет был родным братом царя страны, которую монголы не считали вассалом, а рассматривали как добровольного союзника с которым был даже заключен письменный союзный договор (редкий случай), ему все равно не полагалось по рангу стать зятем каана (гургэном). Немного позднее каан Хубилай отказывался дать вану Кореи в жены свою дочь. И только лишь через несколько лет переговоров Хубилай все же согласился принять правителя Кореи в число своих зятей. Причем потом он не раз призывал к себе дочь с детьми и мужем - чтобы они навещали его в летнем дворце в Шанду. Понятно, что из Кореи туда приезжать было не слишком сложно.
Для 1246 г., когда Монгольская империя была на пике могущества, а русские княжества не только не были союзными монголам государствами, но даже не были и вассалами империи (они с 1243 г. подчинялись пока лишь только одному из ее улусов - улусу Джучи), причем завоеванными силой оружия, статус Ярослава Всеволодовича был намного ниже Смбата Спарапета, не говоря уже о ване Кореи. Иначе говоря, подарить ему в жены тоже могли, но никоим образом не чингизидскую принцессу, и возможно даже и не монголку - мало ли было тогда в Каракоруме девушек из знатных семей, угнанных монголами из разных стран по всей Евразии, от Кавказа до Желтого моря. Так что "чингизидка, жена Ярослава Всеволодовича" - это историографическая фантазия. Такая же как и "побратимство с Сартаком".

Юаньский портрет знатной монголки из рода хунгират Анашишири (阿納失舍里), жены Буянту-хагана, императора Юань (Жэнь-цзун по храмовому имени):