October 11th, 2011

Мамай

Добросовестность в наблюдениях

Приобрел на днях одну весьма любопытную книгу о путешествии с социолого-этнографическими целями в 1925 г. в Таласский район Киргизии. 
Автор оставил очень интересные заметки по разным сторонам жизни местных горцев, которые законсервировали древние черты как родовых отношений, так и кочевого быта. Вот обложка книги:
Горная_Киргизия_обложка
Это путешествие имело главным образом социологические цели - автор старался вскрыть реальные общественные отношения внутри местного населения, а не те, которые были снаружи - якобы существовавшая там Советская власть (надо сказать, что в книге вещи названы своим именами и приведены просто убийственные факты). Впрочем, данный пост посвящен другому аспекту (позднее я, наверное, приведу отрывки из книги по остальным темам в других записях в ЖЖ) - сходству наблюдаемых автором книги в 1925 г. черт кочевого хозяйства горных киргизов с тем, что видели за 700 лет до него (в 1233-1236 гг.) китайские послы к монголам. Некоторые совпадения просто удивительны, особенно показательны данные по коневодству - практически одинаковыми за эти 700 лет оказались многие наблюдения как китайских путешественников, так и Кнышева. Это, между прочим, подтверждает как наблюдательность китайцев (они увидели самые существенные, и потому неизменные, стороны кочевого хозяйства), так и их добросовестность и достоверность в описании увиденного. Приведу несколько примеров (возьму их из описаний не всего кочевого хозяйства, а только по коневодству):

"Когда [жеребцам] исполняется четыре года,  [их делают] меринами" (Пэн Да-я, 1233 г.)
"Они [татары] тех из оставленных жеребцов, которые самые сильные и лучшие, называют ила, [т.е.] кони-производители. Большинство же остальных [жеребцов], за исключением [ила], сделаны меринами" (Сюй Тин, 1235 г)

"Конский молодняк выращивается до 4 лет, но в более бедных хозяйствах на лошадях начинают ездить  уже с 2 лет... Жеребцы-самцы годам к 3 оскопляются, за исключением одного-двух, оставляемых на  племя." (Кнышев, 1925 г.)

"Каждый их [татар] табун кобыл ведет конь ила, [из расчета] один конь [ила] на 50-60 голов кобыл. Если кобыла выходит из табуна, то конь ила непременно кусает и лягает ее, понуждая вернуться. Или когда конь ила другого табуна пересечет [ему путь] и зайдет в него, то конь ила [первого] табуна обязательно будет его кусать, лягать и заставит уйти"  (Сюй Тин, 1235 г.)

"На жеребцах-производителях ездят редко (опасно оставлять кобылиц в табунах одних - могут уйти с другим жеребцом или совсем разойтись)... Кобылицы пасутся свободно в течение всего года под охраной жеребцов... Если в табуне есть жеребец, он без труда отбивает нападение волков, при нем и кобылицы чувствуют себя увереннее." (Кнышев, 1925 г.)